Мариам Петросян «Дом, в котором…»

Перед прочтением я сталкивалась с неоднозначными отзывами об этом произведении. Одни восторгались, называя «русским Гарри Поттером», перечитывая «Дом…» как настольную книгу. Других же книга совершенно «не принимала» и казалась непонятным потоком запутанных мыслей.
Так или иначе, произведение Петросян завоевало огромную популярность и любовь, причем как среди детей, так и среди взрослой аудитории. В 2009 году ей присудили «Русскую премию», награду для русскоязычных произведений, написанных за пределами РФ. А еще, в том же году, «Дом, в котором...» занял третье место в номинации «Приз зрительских симпатий» на «Большой Книге».

По собственному признанию, автор писала книгу для себя, создавая особое выдуманное пространство, куда можно «просто войти и побыть там».
Пересказывать сюжет и перечислять героев я не буду, скажу лишь, что книга изобилует яркими персонажами, множеством деталей. В романе нет главного персонажа – в нем множество линий, объединённых общим сюжетом повествования.

В центре — история необычного закрытого интерната для детей-инвалидов и жизни его обитателей. Жители этого места не имеют имен, а только клички, а некоторые из них могут путешествовать в параллельный мир, так называемую Изнанку Дома, особое пространство с которым связана мистическая линия повествования. При этом в произведении Петросян нигде не объясняется эта мистическая составляющая, почему Дом такой, каким мы его видим, как работают способности ряда героев. Это просто существует и это надо просто принять как данность.
Недосказанность, неясность, отсутствие информации являются в романе отдельным приёмом, создающим специфическую атмосферу, заставляя читателя почувствовать себя очевидцем происходящего, оказаться бок о бок с обитателями Дома.

Мариам Петросян, в интервью «Частному корреспонденту» поделилась, какие авторы и произведения оказывали на нее свое влияние: «Влияли на меня скорее отдельные книги, чем авторы. «Помутнение» Филипа Дика, «Порою нестерпимо хочется» Кена Кизи, «Иллюзии» Баха, «Дочь железного дракона» Майкла Суэнвика, одна из самых моих любимых книг.
Добрый воспитатель и наставник Лось возник из Дока ― «Консервный ряд» Джона Стейнбека ― и притащил с собой оттуда же ещё одного персонажа, мальчика Фрэнки ― у меня Красавицу. Большой, сильный и недотёпистый Слон тоже навеян Стейнбеком, «О мышах и людях». Отрывок с описанием раннего детства Слепого в первой интермедии ― почти прямая отсылка к Кристмасу из фолкнеровского «Света в августе».

Читатель Библиотеки № 209
Когда прочитана
2 декабря 2019 года
Изображение
Изображения нет
  • ?
  • 1

Нет комментариев