Библиотеки Западного округа представляют онлайн-проект «Электронный читательский дневник».

Здесь вы можете познакомиться с отзывами на прочитанные книги, а также самостоятельно принять участие в проекте:
- оставить свой отзыв о книге,
- поделиться эмоциями,
- сочинить собственную аннотацию,
- почувствовать себя экспертом и порекомендовать лучшее в книжном мире!

Пишите, цитируйте, спорьте, творите…
Ждём вас на страницах ДНЕВНИКА

dnevnik.bibliozao.ru

 


 

Рекомендации авторам от руководителей проекта.

Советую разнообразить наш Дневник. Пишите не только отзывы.

Договоримся сразу: объём текста отзыва должен быть не меньше 200 слов. Конечная граница указана в Положении.

1. Можно выписывать значимые цитаты, чтобы точно передать позицию автора книги, чтобы запомнить, чтобы выбрать главное для себя, чтобы показать особенности языка автора.

2. Можно описать только самые важные эпизоды, по которым сразу будет понятна суть книги.

3. Приводите примеры игр, книг, кулинарных рецептов, праздников, имён, необычных мест, занятий героев книги, научные открытия, факты,

4. Составляйте викторины, кроссворды, загадки по прочитанному.

5. Делитесь новыми знаниями, которые дала книга.

6. Составляйте словарь новых и интересных слов по книге.

7. Рисуйте свои иллюстрации к эпизодам книги.

8. Спорьте с автором.

9. Читайте в этом Дневнике отзывы других авторов и оставляйте свои комментарии.

10. Составляйте свой список книг, которые советуете прочесть. 10 самых книг!

11. Помните, что отзыв — это не пересказ содержания прочитанного. Это личный жанр, выражение ваших собственных чувств, мыслей. Напишите, что понравилось, не понравилось, поразило, удивило, запомнилось и почему. Напишите, что вы чувствовали, когда читали, когда закрыли книгу, о чём подумали.

Не расставайтесь с книгой!

 

Симптомы счастья, Анна Андронова

Новые медицинские повести Анны Андроновой объединены темой «мать и ребенок». Дети – наша главная боль. Но бывает боль еще сильнее, еще страшнее – если детей нет… Пронзительные истории женских судеб от известного мастера любимого всеми жанра.

Дома, конечно, были скандалы, мать грозилась то запереть, то, наоборот, выгнать, то не вынести позора. Сима тем временем спокойно защитила диссертацию, правда, у другого руководителя. «Ника, ты не права. Она неглупая девочка. У всех бывают в юности завихрения. Она одна дочку растит, живет как все. А мозги у неё хорошие, и работу она сделала неплохую!» А мать кричала: «Ты с ума сошел! Какая девочка, у неё же все мозги между ног! Она у тебя сына увела, а ты восхищаешься её мозгами!» Отец сразу шел на попятную: «Ничего я не восхищаюсь, а просто говорю, что диссертация у неё по делу...» — «Знаю я, по какому делу у неё диссертация!..» И так до бесконечности.

Сила прошлого, Сандро Веронези

Тихое, счастливое семейство — муж, жена, маленький сын. Главный герой, детский писатель, возвращается домой в Рим после получения литературной премии и встречает на вокзальной площади незнакомца. Этот странного вида человек где-то выведал его семейную тайну. Теперь в жизни писателя все идет кувырком. Он спасается бегством из Рима со своим семейством, потом возвращается один в надежде, что встреча забудется, как дурной сон, но не тут-то было.

В «Силе прошлого» автор продолжает традиции Альберто Моравиа и Джона Ле Карре, вступает в диалог с Пазолини и Орсоном Уэллсом.

Возвращаюсь на свой диванчик. Впадаю в какую-то странную безмятежность, такое я еще вчера и вообразить не мог, и я не хочу, чтобы что-то её потревожило. При всём том, я не сделал ничего из того, что намеревался: список заданий, столь добросовестно составленный, лежит себе под телефоном, а моя «Веспа», на которой я должен был сейчас, выполняя эти задания, лавировать в потоке машин, весь день стоит на цепи у столба со знаком «одностороннее движение» и, к тому же, на тротуаре. Попросту говоря, у меня ни на что не было времени. Я должен был работать, потому что сегодня с утра меня посетила муза, она давненько не показывалась, и это серьезно меня беспокоило. Я понимаю, что слово «вдохновение» звучит смешно в устах детского писателя, но, ей-богу, не знаю, как иначе назвать то, что снизошло на меня утром, едва я проснулся. Я неожиданно ощутил, что знаю, о чем писать, мертвый штиль остался в прошлом, и мне не терпелось приняться за работу. Меня это поразило, поскольку засыпал я, раздираемый не имеющими ответа вопросами, и у меня не было сомнений, что сегодня я весь день буду пытаться освободиться от их тяжкого груза. Но вот наступило утро, и лавина, обрушившаяся на меня вчера вечером, неожиданно устремилась туда, где разрешаются все проблемы; еще не понимая, что произошло, я оказался у компьютера и отдался на волю старого доброго круговорота слов, который льется сам собой. Редкое ощущение легкости возрастало во мне весь день, по мере того, как страница прибавлялась к странице и я вновь обретал утраченное желание писать — писать, не отвлекаясь на телефонные звонки, еду, дела и думая только о том, как не упустить попавшуюся наконец на крючок крупную рыбину. Пусть это не великая литература, а всего лишь детская книжка, но это моё дело, в том смысле, что оно связано с моей судьбой, которую я, хочу заявить это четко и внятно, принимаю безоговорочно. Кафка в порыве вдохновения писал «Превращение», я пишу «Тайну Пиццано Пиццы», и что с того? Я никогда, даже в мечтах, не обольщался, что стану великим писателем, я не претендую на славу и бессмертие: в голове рождаются кое-какие идеи, пальцы стучат по чертовой клавиатуре, и я честно зарабатываю на хлеб с маслом для моей семьи — больше мне не нужно, упаси Боже, но и на меньшее я не согласен. Творческие кризисы охотно оставляю на долю гениев.

Семь лет спустя, Джессика Харт

Много воды утекло с тех пор, как на морском курорте Коппер пережила бурный короткий роман. Казалось, счастью не будет конца. Но… встретились они с Мелом вновь лишь через семь лет. Как же сложатся теперь их отношения?..

Коппер стало дурно от разочарования. Презирая себя за трусость, она вышла на балкон и подставила разгоряченное лицо ночному ветерку. Далеко внизу виднелись огни Аделаиды, горящими нитями пересекая долину между горами и морем. Где-то там сейчас родственники и друзья веселятся на её свадьбе, возможно, строят догадки, как они с Мелом тут, в горном гнездышке? Ослепленные счастьем, они уверенно вступают в новую жизнь, и никто не предполагает, что впереди у них с Мелом три года напряжения и мучений.

Семейные тайны, Энн Мэтер

Что может быть хуже, чем жить с постылым мужем, имеющим вдобавок любовницу? Немудрено, что Кассандра Филдинг решает начать новую жизнь. Но ей не к кому обратиться за помощью. Разве что к единокровному брату Бену Скорцезе. Это единственный мужчина, которого она по-настоящему любит…

Бен вздохнул и направил свой «порше» в поток машин, двигавшихся к Лукке. Самое ужасное — что мать совсем не любила Гвидо Скорцезе, раздраженно подумал он. Она вышла замуж только потому, что была беременна. Но, несмотря ни на что, она ревновала его ко второй жене, ревновала к её молодости и изысканности, но больше всего — к дочери, которую Гвидо обрел через десять месяцев после свадьбы. Софи всегда недолюбливала Кэсс, нехотя вспомнил Бен. В глазах Софи, которая считала брак союзом, освященным небом, Кэсс оставалась дочерью «той женщины», незаконнорожденным ребенком.

Курортный роман, Юлия Шилова

Ой не зря говорят: «Осторожно, мечты сбываются!» Кто бы мог подумать, что невинное желание женщины отдохнуть на море и завести курортный роман может довести чуть ли не до смерти. Не знала об этом и Наталья, которая вместе с дочкой отправилась к давней подруге Катерине в Ялту, чтобы провести незабываемый отпуск, предаться воспоминаниям и покрутить любовь с каким-нибудь преуспевающим красивым и обязательно одиноким мужчиной. Курортный роман превратился в криминальную драму: похищена дочь, погиб любимый… Кто же за всем этим стоит? Неужели снова жизнь заставит делать непростой выбор между дружбой и любовью?! Главное – не сделать ошибку!..

Мысли снова вернулись к Димке. Я так и не успела сказать ему самое важное. Я не успела признаться, как он мне дорог, и попросить прощение за то, что сотворила много лет назад. Я поступила подло по отношению к близкому человеку, когда просто исчезла. Очень важна финальная точка. Мы должны её ставить, как бы это ни было тяжело. Не может быть вечной любви. В этом мире всё относительно и всё непостоянно… Мы стареем, стареют и чувства. Может, это происходит в силу нашего возраста, а может, в силу усталости. Любовь тоже устает, иссякает и медленно гаснет. Очень страшно жить в постоянном обмане, а страшнее всего обманывать свою душу и себя саму. Иногда, когда я веду свою дочку в садик и вижу, что другой ребенок идет с мамой и папой, зависть забирается в мое сердце и начинает грызть меня изнутри. Но длится это совсем недолго. Я вспоминаю, что сама выбрала свое одиночество, что мне не надо никому врать, притворяться. Может быть, я не права, но так уж сложилось, такова моя индивидуальность. Вернулся Олег.

Купец, Евгений Алексеев

Чем плоха идея разбогатеть? Тем более у главного героя Алекса есть куча информации из снов о странном мире, в котором нет ни эльфов, ни гномов и даже ни капельки магии. Но путь купца опасен и труден, на каждом шагу его подстерегают ловушки и козни могущественных конкурентов. Однако даже куцые магические способности и невеликий опыт в торговле могут сотворить чудо, если их умножить на знания, полученные из нашего мира.

Вторым канувшим в Лету легионом стали бомбардиры. Сильной стороной этих тварей был бой на дистанции: бомбардиры имели на плече уродливый нарост, из которого метали среднего размера снаряды, состоявшие из оболочки и чего-то вроде мощной кислоты внутри неё. Попав в ряды врагов, оболочка мгновенно лопалась, а жертвы получали смертельную дозу вещества, которое прожигало доспехи, отравляло воздух и приносило мучительную смерть всем, кто находился рядом с местом попадания снаряда. Помимо этого бомбардиры были неплохи и в рукопашной: имея в своих ручищах молоты и щиты, они могли на равных с грогами взламывать пехотные ряды. Слава богам, их легион также исчез из нашего мира, хотя поначалу они принесли наибольшие разрушения. Ни гномы, ни люди, ни эльфы так и не смогли найти адекватную тактику борьбы со столь грозным противником.

Держите ножки крестиком, или Русские байки английского акушера, Денис Цепов

Он с детства хотел быть врачом — то есть сначала, как все — космонавтом, а потом сразу — гинекологом. Ценить и уважать женщин научился лет примерно с четырех, поэтому высшим проявлением любви к женщине стало его желание помогать им в минуты, когда они больше всего в этом нуждаются. Он работает в Лондоне гинекологом-онкологом и специализируется на патологических беременностях и осложненных родах. В блогосфере его больше знают как Матроса Кошку. Сетевой дневник, в котором он описывал будни своей профессии, читали тысячи — они смеялись, плакали, сопереживали.

«Эта книга — своего рода бортовой журнал, в который записаны события, случившиеся за двадцать лет моего путешествия по жизни.

Путешествия, которое привело меня из маленького грузинского провинциального городка Поти в самое сердце Лондона.

Путешествия, которое научило меня любить жизнь и ненавидеть смерть во всех ее проявлениях.

Путешествия, которое научило мои глаза — бояться, а руки — делать.

Путешествия, которое научило меня смеяться, даже когда всем не до смеха, и плакать, когда никто не видит».

Так получилось, что у нас на работе открывали новый акушерский оперблок, созданный английскими умельцами с использованием новейших технологий на многие тыщи фунтов стерлингов. Помпа была немалая — красная лента, речь главного врача, журналист из местной реакционной газетенки с репортером из местного отдела Би-Би-Си. Обещалась даже быть старушка-королевна, но не смогла… Когда помпезность поутихла и шумная публика покинула банкетный зал, остались только люди, непосредственно имеющие отношение к процессу: я, мой ординатор Билли, врач-интернша Салли и мой начальник мистер Данкли. О нем расскажу особо. Это такой профессорского типа дяденька-джентльмен, до фанатизма влюбленный в акушерство и, как ни странно, до поросячьего визга (ну, насколько позволяет ему итонское образование) — в русскую литературу. То и дело он отлавливает меня в коридоре и теребит мне мозг рассуждениями о Солженицыне, бередит мне ностальгические раны цитатами из «Доктора Живаго» и заставляет мою русскую душу трепетать при упоминании о Бунине, Толстом и Достоевском, моих любимых авторах, которыми я «наслаждался» ещё в шестом классе, склонившись над хрестоматией по русской литературе.

Секретное окно, секретный сад, Стивен Кинг

Писателя все плотнее опутывает липкая паутина страха, ибо постепенно, шаг за шагом, он обращается в безжалостного монстра, которого доселе считал лишь выдуманным персонажем…

Вариантов было два, потому что «Посевной сезон» публиковался только дважды — первый раз в «Журнале мистических историй Эллери Квина», а затем в сборнике Рейни «Каждый бросает по монете». Обычно в начале всех сборников есть специальная страница, на которой указаны даты первых публикаций входящих в сборник произведений. Конечно, такая страница была и в книге «Каждый бросает по монете». Морт уже проверил данные о «Посевном сезоне»: впервые этот рассказ опубликовали в июньском номере «Эллери Квина» за 1980 год. Сборник «Каждый бросает по монете» вышел в издательстве «Санкт-Мартин» в 1983 году. С тех пор он выходил еще несколько раз в мягкой обложке, но это уже не имело значения. Морту достаточно было помнить эти две даты, 1980-й и 1983-й годы… и верить, что, кроме литературных агентов и адвокатов издательских компаний, никто не обращает внимания на ту прекрасно оформленную страницу со сведениями о первых публикациях.

Свет в ночи, Терри Лоренс

Архитектор Бриджет Бернард с первого взгляда влюбилась в необычный дом, построенный на берегу озера, и поселилась в нем, строя планы его реконструкции.

Свет в ее окне среди ночи, словно путеводная звезда, помогает найти дорогу к дому секретному агенту ФБР Бену Ренфилду, попавшему в отчаянное положение.

Не раздумывая, Бриджет распахивает дверь и впускает его в дом, не догадываясь, что с этого момента Бен прочно занял место в ее жизни.

Казалось, это случилось много часов тому назад. Бен сидел в укрытии и наблюдал. Он насчитал четверых мужчин, дюжину ящиков. И прозевал патрульного, который совершал обход вокруг заброшенного лагеря лесорубов. Берег озера Сьюпериор — рай для контрабандистов. По большей части это была глушь, мили и мили совершенно безлюдного берега. Как там говорилось об этих местах? «Это не край света, но отсюда его уже хорошо видно».

С индейцами в Скалистых горах, Джеймс Уиллард Шульц

Тесная дружба роднит героев этой книги — белого и индейца. История эта позволяет узнать, как человеческая сноровка и воля помогают выжить в самом отчаянном положении, в суровых условиях дикого края.

Думаю, доисторические люди восхищались ножами из обсидиана, как великолепным орудием. Но мы привыкли пользоваться ножами из острой стали, и эти самодельные ножи жестоко испытывали наше терпение. Но в конце концов с их помощью мы содрали шкуру с медведя. Однако немало времени прошло, пока мы сделали разрез вдоль брюха, от нижней челюсти до хвоста. Подкожный слой жира был толщиной в пять сантиметров, и когда мы наконец содрали шкуру, вид у нас был такой, словно мы валялись в жиру. Взглянув на Большую Медведицу, я убедился, что было после полуночи, но Питамакан и не помышлял об отдыхе: сначала он хотел отделить сухожилия от костей и высушить их у костра.